Главная Тысяча и одна ночь 8. Рассказ заколдованного юноши (продолжение)

Опрос читателей

Планируете ли вы в обозримом будущем устанавливать систему "умный дом"?
 



8. Рассказ заколдованного юноши (продолжение)
Тысяча и одна ночь
Автор: Тринадцатый   
20.06.2014 09:44

Когда же настала восьмая ночь, она сказала: "Дошло до меня, о счастливый царь, что заколдованный юноша говорил царю: "Когда я ударил раба, чтобы отрубить ему голову, я не разрубил яремных вен, а рассек горло, кожу и мясо, но я думал, что убил его. Он испустил громкое хрипение, и моя жена зашевелилась, а я повернул назад, поставил меч на место, пошел в город и, войдя во дворец, пролежал в постели до утра. И дочь моего дяди пришла и разбудила меня; и вдруг я вижу - она обрезала волосы и надела одежды печали. И она сказала: "О сын моего дяди, не препятствуй мне в том, что я делаю. До меня дошло, что моя матушка скончалась и отец мой убит в священной войне, а из двух моих братьев один умер ужаленным, а другой свалился в пропасть, так что я имею право плакать и печалиться". И, услышав ее слова, я смолчал и потом ответил: "Делай, что тебе вздумается, я не стану тебе прекословить". И она провела, печалясь и причитая, целый год, от начала до конца, а через год сказала мне: "Я хочу построить в твоем дворце гробницу вроде купола и уединиться там с моими печалями. И я назову ее "Дом печалей". - "Делай, как тебе вздумается", - отвечал я. И она устроила себе комнату для печали и выстроила посреди нее гробницу с куполом, вроде склепа, а потом она перенесла туда раба и поселила его там, а он не приносил ей никакой пользы и только пил вино. И с того дня, как я его ранил, он не говорил, но был жив, так как срок его жизни еще не кончился. И она стала каждый день ходить к нему утром и вечером, и спускалась под купол и плакала и причитала над ним, и поила его вином и отварами по утрам и по вечерам, и поступала так до следующего года, а я был терпелив с нею и не обращал на нее внимания. Но в какой-то день я внезапно вошел к ней и увидел, что она плачет, говоря: "Почему ты скрываешься от моего взора, о услада моего сердца? Поговори со мной, душа моя, о любимый, скажи мне что-нибудь! - И она произнесла такие стихи:

Утрачу терпенье я в любви, коль забудете;
И ум и душа моя не знают любви к другим.
Возьмите мой прах и дух, куда ни поедете,
И все остановитесь, предайте земле меня.
И имя мое затем скажите, - ответит вам
Стон долгий костей моих, услышавши голос ваш.


И потом продолжала, плача:

День счастья - тот день, когда достигну я близости,
А день моей гибели - когда вы уходите.
А если угрозою я смерти напугана,
То слаще спокойствия мне близость с любимыми.

И еще:

И если бы жить могла в полнейшем я счастии
И мир я держала б весь в руках и Хосроев [19] власть,
Все это б не стоило крыла комариного,
Когда б не могли глаза мои на тебя взирать.

Когда же она кончила говорить и плакать, я сказал ей: "О дочь моего дяди, довольно тебе печалиться! Что толку плакать? Это ведь бесполезно". - "Не препятствуй мне в том, что я делаю! Если ты будешь мне противиться, я убью себя", - сказала она; и я смолчал и оставил ее в таком положении. И она провела в печали, плаче и причитаниях еще год, а на третий год я однажды вошел к ней, разгневанный чем-то, что со мной произошло (а это мучение уже так затянулось!), и нашел дочь моего дяди у могилы под куполом, и она говорила: "О господин мой, почему ты мне не отвечаешь? - А потом она произнесла:


Могила, исчезла ли в тебе красота его?
Ужели твой свет погас - сияющий лик его?
Могила, не свод ведь ты небес
Так как же слились в тебе
И не гладь земли,
месяц и солнце вдруг?

И, услышав ее слова и стихи, я стал еще более гневен, чем прежде, и воскликнул: "Ах, доколе продлится эта печаль! - и произнес:

Могила, исчезла ли в тебе чернота его?
Ужели твой свет погас - чернеющий лик его?
Могила, не пруд ведь ты стоячий и не котел,
Так как же слились в тебе и сажа и тина вдруг?"

И когда дочь моего дяди услышала эти слова, она вскочила на ноги и сказала: "Горе тебе, собака! Это ты сделал со мной такое дело и ранил возлюбленного моего сердца и причинил боль мне и его юности. Вот уже три года, как он ни мертв ни жив!" - "О грязнейшая из шлюх и сквернейшая из развратниц, любовниц подкупленных рабов, да, это сделал я!" - отвечал я, и, взяв меч в руку, я обнажил его и направил на мою жену, чтобы убить ее. Но она, услышав мои слова и увидав, что я решил ее убить, засмеялась и крикнула: "Прочь, собака! Не бывать, чтобы вернулось то, что прошло, или ожили бы мертвые! Аллах отдал мне теперь в руки того, кто со мной это сделал и из-за кого в моем сердце был неугасимый огонь и неукрываемое пламя!"
И она поднялась на ноги и, произнеся слова, которых я не понял, сказала: "Стань по моему колдовству наполовину камнем, наполовину человеком!" И я тотчас же стал таким, как ты меня видишь, и не могу ни встать, ни сесть, и я ни мертвый, ни живой. И когда я сделался таким, она Заколдовала город и все его рынки и сады. А жители нашего города были четырех родов: мусульмане, христиане, евреи и маги [20], и она превратила их в рыб: белые рыбымусульмане, красные - маги, голубые - христиане, а желтые - евреи. А четыре острова она превратила в горы, окружающие пруд. И, кроме того, она меня бьет и пытает и наносит мне по сто ударов бичом, так что течет моя кровь и растерзаны мои плечи. А после того она надевает мне на верхнюю половину тела волосяную одежду, а сверху эти роскошные одеяния". И потом юноша заплакал и произнес:

"К твоему суду терпелив я буду, о бог и рок!
Буду стоек я, коль угодно это, господь, тебе.
И враждебны были, и злы они, и горды со мной,
Но, быть может, я получу взамен блага райских.
Непосильны мне те несчастия, что гнетут меня,
И к Избранному прибегаю я и Угодному".

И царь обратился к юноше и сказал ему: "О, ты прибавил заботы к моей заботе, после того как облегчил мое горе. Но где она, о юноша, и где могила, в которой лежит раненый раб?" - "Раб лежит под куполом в своей могиле, а она - в той комнате, что напротив двери, - ответил юноша. - Она приходит сюда раз в день, когда встает солнце; и как только придет, подходит ко мне и снимает с меня одежды и бьет меня сотней ударов бича, и я плачу и кричу, но не могу сделать движения, чтобы оттолкнуть ее от себя. А отстегавши меня, она спускается к рабу с вином и отваром и поит его. И завтра, с утра, она придет".
"Клянусь Аллахом, о юноша, - воскликнул царь, - я не премину сделать с тобой доброе дело, за которое меня будут поминать, и его станут записывать до конца времен!"
После этого царь сел, и они с юношей беседовали до наступления ночи и легли спать; а на заре царь поднялся и снял с себя одежду и, обнажив меч, направился в помещение, где был раб. Он увидел свечи, светильники, курильницы и сосуды для масла и подходил к рабу, пока не дошел, и тогда он ударил его один раз и убил и, взвалив его на спину, бросил в колодец, бывший во дворце. А потом он вернулся и, закутавшись в одежды раба, лег в гробницу, и его меч был с ним, вынутый из ножен на всю длину.
И через минуту явилась проклятая колдунья и, как только пришла, сняла одежду с сына своего дяди и, взяв бич, стала бить его. И юноша закричал: "Ах, довольно с меня того, что со мною, о дочь моего дяди! Пожалей меня, о дочь моего дяди!" Но она воскликнула: "А ты пожалел меня и оставил мне моего возлюбленного?" И она била его, пока не устала, и кровь потекла с боков юноши, а потом она надела на него волосяную рубашку, а поверх нее его одежду и после этого спустилась к рабу с кубком вина и чашкой отвара. Она спустилась под купол и стала плакать и стонать и сказала: "О господин мой, скажи мне что-нибудь, о господин мой, поговори со мной! и произнесла такие стихи:

До каких же пор отдален ты будешь и груб со мной?
Не довольно ль слез пролилось моих до сей поры?
До каких же пор ты продлишь разлуку умышленно?
Коль завистнику ты добра желал - исцелился он".

И она опять заплакала и сказала: "Господин мой, поговори со мной, скажи мне что-нибудь!" И царь понизил голос и заговорил заплетающимся языком на наречии черных и сказал: "Ах, ах, нет мощи и силы, кроме как у Аллаха, высокого, великого!" И когда женщина услыхала его слова, она вскрикнула от радости и потеряла сознание, а потом очнулась и сказала: "О господин мой, это правда?" А царь ослабил голос и отвечал: "О проклятая, разве ты заслуживаешь, чтобы с тобой кто-нибудь говорил и разговаривал?" - "А почему же нет?" - спросила женщина. "А потому, что ты весь день терзаешь своего мужа, а он зовет на помощь и не даст мне спать от вечера до утра, проклиная тебя и меня, - сказал царь. - Он меня обеспокоил и повредил мне, и если бы не это, я бы, наверное, поправился. Вот что мешало мне тебе ответить". - "С твоего разрешения я освобожу его от того, что с ним", - сказала женщина. И царь отвечал ей: "Освободи и дай нам отдых".
И она сказала: "Слушаю и повинуюсь!" - и, выйдя изпод купола во дворец, взяла чашку, наполнила ее водой и проговорила над нею что-то, и вода в чашке запузырилась и забулькала и стала кипеть, как кипит в котле на огне. Потом женщина обрызгала водой юношу и сказала: "Заклинаю тебя тем, что я произнесла и проговорила; если ты стал таким по моему колдовству и ухищрению, то измени этот образ на твой прежний". И вдруг юноша встряхнулся и встал на ноги, и он обрадовался своему освобождению и воскликнул: "Свидетельствую, что нет бога, кроме Аллаха, и Мухаммед посланник Аллаха, да благословит его Аллах и да приветствует!" А она сказала: "Выходи и не возвращайся сюда, иначе я тебя убью!" - и закричала на него; и юноша вышел. А женщина вернулась к куполу, сошла вниз и сказала: "О господин мой, выйди ко мне, чтобы я видела твой прекрасный образ".
И царь сказал ей слабым голосом: "Что ты сделала?
Ты избавила меня от ветки, но не избавила от корня!"
"О мой господин, о мой любимый, - спросила она, - а что же есть корень?" И царь воскликнул: "Горе тебе, проклятая! Корень - жители этого города и четырех островов! Каждую ночь, когда наступает полночь, рыбы поднимают головы и взывают о помощи и проклинают меня и тебя. Вот причина, мешающая моему выздоровлению. Иди же освободи их скорее и приходи, возьми меня за руку и подними меня. Здоровье уже идет ко мне".
И когда женщина услышала слова царя (а она думала, что это раб), она обрадовалась и воскликнула: "О господин мой, твой приказ на голове моей и на глазах [21]. Во имя Аллаха!" И она встала, радостная, и побежала, и вышла к пруду, и взяла оттуда немного воды..."
И Шахразаду застигло утро, и она прекратила дозволенные речи.